+7 (495) 120 2755
05.03.2022

Кинокритик Мария Безрук поговорила о российском кино

Кинокритик Мария Безрук поговорила о настоящем русском кино, премии «Ника», фильме «Подельники» Евгения Григорьева и перспективах кинопроката в России
Кинокритик Мария Безрук поговорила о российском кино

Какое кино – настоящее русское? Как отлучение от международных кинофестивалей повлияет на российских кинематографистов? Какие действия могут перезапустить отечественный кинопрокат в условиях тяжелейшего кризиса? В чём состоит ценность национальной кинематографической премии «Ника» и почему фильм «Подельники» достоин звания лучшего по её итогам? На все эти вопросы в новом выпуске «Синемании» ответила кинокритик, журналист и продюсер Мария Безрук.

С: Мария, не так давно был опубликован список номинантов на национальную кинематографическую премию «Ника». Расскажите коротко, что это за премия и по каким критериям её дают.

МБ: Премия «Ника» была основана ещё в советское время, в конце 1980-х годов. Поэтому считается, что она у нас такая, скажем, первородная. Кинематографистам она вручается за достижения в отрасли в течение минувшего года.

С: Что имеется в виду под достижениями?

МБ: В данном случае не имеют значения прокатные успехи. Здесь важно количество голосов академиков, отданное за ту или иную работу.

С: Тем не менее, как определить, чего достиг кинематографист?

МБ: В любой премии, на любом фестивале система координат условная. И кто бы не получил главный приз, мы понимаем, что это ничего не значит. Просто конкретные люди сочли этот конкретный фильм лучшим. Возможно, будь состав академиков или жюри другим, лучшим фильмом был бы признан какой-то другой. Так что да, это весьма условная система координат.

Но академики – люди профессиональные. И если за операторскую работу голосуют операторы, то это более-менее объективная оценка. Хотя, конечно, человеческий фактор может присутствовать.

Есть, к примеру, премии, где в номинациях голосуют все. Но есть категории узкопрофильные, локальные. Вроде художника по костюмам, ещё звук и монтаж. Здесь отслеживается, в первую очередь, чтобы был кворум по профессионалам в данной номинации.

Знаете, есть такое прекрасное понятие, которое придумал Владимир Иванович Хотиненко. Звучит оно так: «Мы все коррумпированы дружбой». Так вот эта коррумпированность дружбой часто сказывается на результатах «Ники». Да и «Золотого Орла» тем более, особенно в свете последних событий.

Но мы никогда не можем говорит зрителю, что, да, вот этот фильм – единственный и неповторимый. В минувшем году он был лучшим. Нет, он наверняка был одним из лучших и достойных.

Вот, к слову. На мой взгляд, в минувшем году одной из лучших, показанных пока только, к сожалению, на фестивалях, была картина «Подельники» режиссёра Евгения Григорьева. На «Нике» она фигурирует в номинациях «Лучшая мужская роль» и «Открытие года», а в категории «Лучший фильм» не заявлена. Как мне кажется, половина тех работ, что в ней состязаются, даже рядом с «Подельниками» не стоит. И по качеству, и по уровню высказывания, и по масштабу гуманизма. Особенно сейчас, когда это так актуально.

С: Мария, премию «Ника» возглавляет Юлий Соломонович Гусман, а «Золотой Орёл» – Никита Сергеевич Михалков.

МБ: И при этом президентом академии «Ника» является Андрей Кончаловский. Это весьма симптоматично, поскольку две национальных кинопремии возглавляют два брата.

С: Ну тут речь скорее об идейных вдохновителях, раз уж мы говорим о главах премий – Гусмане и Михалкове. Расскажите, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем.

МБ: Поссорились они в начале тысячелетия. Там были разногласия, в основном, финансового порядка и идеологического. В итоге часть академиков отпочковалась. Никита Сергеевич сказал, что нужно организовать индустрийную премию. Как показало время, он отчасти оказался прав.

Потому что «Ника» и «Золотой Орёл» традиционно разделяются на секции. «Золотой Орёл» отвечает за блокбастеры, за коммерческое кино. За всё то, что выходит в прокат. А «Ника», к счастью, отмечает те фильмы, что показывают на фестивалях. Вот только не многие из них доходят до проката.

С: Действительно, среди номинантов «Ники» часто встречаются картины, которые не были в прокате. Почему?

МБ: Потому что не все картины выходят в кинотеатральный прокат. Но по уставу, если фильм был показан хотя бы раз не фестивале, значит, премьера состоялась. Не имеет значения, где проходил фестиваль и сколько человек это кино там увидели. Тут важен факт – премьера состоялась в определённые сроки, указанные в регламенте.

Мне вообще кажется, это хорошо, что есть премия, посвящённая фильмам, которые большинство не видели. Поскольку это единственный шанс такого кино заявить о себе широким массам.

С: Широким?

МБ: Более широким, чем ноль [смеётся – прим. ред.]. Потому что получение «Ники» может позволить картине заполучить прокатчика хотя бы на несколько кинотеатров. То есть у неё появляется больше шансов.

С: Что ещё даёт «Ника»?

МБ: Во-первых, медийность. Особенно это касается дебютантов и тех картин, которые не выходили в прокат. Во-вторых, появляется возможность попасть на питчинг в министерство культуры с новым проектом. В данном случае получить отказ шансов меньше. Именно в категории невозвратных денег. Я сейчас не про Фонд кино, а про Минкульт говорю. Он даёт деньги на фильмы артового направления и на социально-значимое кино. То есть средства предоставляются на безвозвратной основе.

С: Мария, фильмы, номинированные на «Нику», не пользуются зрительской любовью. Премия не уважает пристрастия зрителей?

МБ: Несправедливо говорить, что фильмы не пользуются любовью. Потому что народ не знает об их существовании и не имеет возможности их посмотреть. Наверное, если бы у «Ники» была договорённость с какими-то кинотеатрами о том, что до или после её вручения где-то пройдут показы фильмов-номинантов, то у зрителей бы появился инструмент. Как, например, он появился у американской аудитории. Они же теперь могут голосовать за номинантов и вручать приз зрительских симпатий. Это даёт понимание, насколько взгляд аудитории совпадает или, наоборот, отличается от представлений академиков.

С: Зрительское голосование, проведённое в Америке, убедительно доказало, что пристрастие американских киноакадемиков с пристрастиями американских зрителей, мягко говоря, не совпадают.

МБ: Это прекрасно! Это говорит о том, что кинематографисты по-прежнему далеки от народа [смеётся – прим. ред.].

С: Потому что все зрительские номинации в США получил Marvel.

МБ: Как и «Серебряные коньки» у нас. Та же самая ситуация. Но при этом давайте понимать, что, если мы будем ориентироваться только на Marvel и только на зрителей, то будет процветать аттракцион коммерции и индустрии. А искусство как кино иссякнет и перестанет существовать. Всё-таки должен быть баланс между искусством и коммерческой составляющей.

Кстати говоря, в США «Оскар» часто вылавливает независимых режиссёров, которые, получив награду в номинации «Лучшее зарубежное кино», снятое за три копейки, тут же попадают в Голливуд и снимают там коммерческое кино. И вот такая коллаборация между большим производством и авторским мышлением периодически даёт неплохие результаты.

С: У нас такие примеры есть?

МБ: Я могу привести пример, когда зрители помогли. Есть такой режиссёр Жора Крыжовников, который в своё время снял очень красивую талантливую короткометражку восьмиминутную и выложил её на YouTube. Эта работа побывала на многих фестивалях, в том числе на дебютном фестивале короткометражного кино. Вот там её заметили. Там увидели, что зрители проголосовали просмотрами. Так Крыжовникова пригласили в киноиндустрию, и буквально за пару-тройку лет он стал успешным режиссёром.

С: Расскажите коротко о номинантах «Ники» и своих вкусовых предпочтениях.

МБ: Если говорить о той шестёрке, что уже заявлена, то боль моя – фильм «Подельники» – остаётся в сегрегации дебют-режиссура. Надеюсь, Евгений Григорьев получит свою награду. Это, кстати, интересный случай. Человек много лет снимал хорошее документальное кино, получал за него призы, формировал мировоззрение. А после этого взял и снял игровую картину. Но его дебют получился совершенно не дебютом. То есть если вы смотрите «Подельников», вы никогда не подумаете, что её снял дебютант. Настолько лента здорово придумана и безупречно сделана.

С: О чём она?

МБ: Она совершенно потрясающая. Она о том, как завершивший карьеру спортсмен-биатлонист в исполнении Юры Борисова возвращается в родную деревню. Это какое-то забытое богом село глубоко в Сибири. Там люди живут совершенно в другой реальности. У них свои – волчьи – законы, у них свои авторитеты. Все эти законы понимают и принимают.

Герой привозит с собой девушку, абсолютно такую городскую. Она пытается разобраться в том, почему местные люди принимают то, что в цивилизованном обществе принять невозможно. Дальше вот по этим законам один из жителей села в исполнении Паши Деревянко на глазах у всех совершает убийство.

Вот тут отмечу, что это гениальная работа Павла Деревянко. Фантастическая! Не могу вам передать, насколько это здорово. Он номинирован на «Лучшую мужскую роль», и я надеюсь, он свою награду получит. Потому что такого Паша никогда ещё не играл. Это очень сложная драматическая работа. Мало кто у нас может достичь таких высот.

Полностью читайте интервью с Марией на сайте Радио1. (ghbrhtgbnm ccskre https://radio1.news/article/kinokritik-mariya-bezruk-o-nastoyashchem-russkom-kino-premii-nika-i-pers...)

 

Фото: Елена Киселёва