Российские фильмы в Чунцине: фестивальный триумф и особенности кинорынка Китая

Российская делегация и успехи на кинофестивале

фото Игорь Гринякин

В состав делегации входил владелец кинокомпании “Первое Кино” кинорежиссёр Евгений Григорьев, который участвовал в создании большинства представленных от России лент. Из пяти фильмов, представлявших Россию, три были созданы при его непосредственном участии. Это картины «Подельники», которую производили мы - "Первое Кино", а «Втроем» и «Сломя голову» - первые картины обновленной "Свердловской киностудии". Во всех Григорьев выступил как соавтор сценария, в двух как режиссёр, а также продюсер или режиссёр монтажа. На Свердловской Киностудии Евгений работает еще и директором по развитию. Примечательно, что все три его работы демонстрировались во внеконкурсной программе. Это, по словам Евгения, позволило ему наслаждаться фестивалем без волнения за результаты конкурса и направить все эмоции на поддержку коллег, которые участвовали в конкурсной программе. В основной конкурсной программе от России было показано две ленты – драматическая картина «В списках не значился» (реж. Сергей Каратаев) и фильм «Воздух» (реж. Алексей Герман-младший). Именно последняя лента в итоге стала триумфатором фестиваля и принесла России Гран-при. Эта победа особенно значима, учитывая высокий уровень представленных в Чунцине работ из разных стран. В жюри от России трудился Вадим Быркин - продюсер самого масштабного и успешного российско-китайского фильма “Красный шелк”.

Чунцин – мегаполис размером с несколько стран

Чунцин, где проходил фестиваль, сам по себе заслуживает особого упоминания. Этот город на юго-западе Китая, возможно, не столь известен в мире, как Пекин или Шанхай, но поражает своим размахом. Население Чунцина составляет по разным оценкам от 29 до 32 миллионов человек, что сопоставимо с населением целой страны. Для сравнения, в небольшой по численности стране, такой как Армения, проживает около 3 миллионов жителей, в Грузии – около 3,7 млн, а в более крупном Азербайджане – порядка 10 миллионов. Совокупно эти три государства постсоветского пространства (Армения, Грузия и Азербайджан) насчитывают примерно столько же жителей, сколько один китайский город Чунцин. Это наглядно демонстрирует масштабы Китая: огромный внутренний рынок и аудитория, с которыми предстоит иметь дело тем, кто приезжает работать или заработать в эту страну.

Не только население впечатляет – Чунцин является одним из крупнейших индустриальных и культурных центров Китая. В Чунцине беспилотное такси - это в общем обычное дело, как электробус в Москве. Стремительный рост и урбанизация отражают общий тренд в стране: массовое развитие инфраструктуры и концентрация миллионов людей в крупных городах. Для кинематографистов это означает потенциально огромную зрительскую аудиторию. Однако получить такую аудиторию в Китае – задача со звездочкой, особенно для тех иностранных продюсеров, кто не понимает менталитета, мировоззрения и внутреннего устройства китайской киноиндустрии.

Китайский кинематограф: особенности развития и отличия от российского

на фото Евгений Григорьев и Вадим Быркин

Китайская киноиндустрия сегодня – одна из крупнейших и самых динамично развивающихся в мире. Развитие кинематографа в Китае идёт совершенно иным путём, чем в России, и тем, кто планирует сотрудничать с Китаем, важно понимать эти различия.

Во-первых, китайский кинорынок ориентирован на массового внутреннего зрителя и защищён от избыточной конкуренции извне жёсткой системой квот и ограничений. Ежегодно лишь ограниченное число иностранных фильмов получает разрешение на широкий прокат в Китае на условиях разделения прибыли – например, установлена негласная квота (порядка 34 иностранных фильмов в год), и голливудские студии получают максимум 20% от сборов в китайском прокате. Остальные зарубежные релизы могут выходить лишь по схеме единовременной продажи прав (flat fee) и практически не участвуют в распределении кассовых сборов.

Во-вторых, чтобы обойти квоты и увеличить свою долю прибыли, иностранные продюсеры нередко идут на совместное производство с китайскими студиями. Копродукция позволяет фильму получить статус локального, «своего» фильма в Китае. В результате такая лента не учитывается в квоте и прокатывается на тех же условиях, что и национальные фильмы.

Кассовые сборы делятся так. Сначала налоги - 8,3%, оставшуюся сумму делят так: 57% (!) остается у кинотеатров, 43% делят продюсер и дистрибьютор, как договорятся, но прежде они должны отдать 2% China Digital на цифровизацию кинотеатров. Таким образом, доля создателей фильма от кассовых сборов в Китае может достигать около 30% сборов при копродукции против не более 20% для иностранных картин, по данным отраслевых инсайдеров. То есть, совместное производство почти на треть повышает долю возврата прибыли из китайского проката для зарубежных продюсеров.

Ключевой особенностью китайского кинематографа является сильное влияние государства при минимальной прямой финансовой поддержке производства. В отличие от России, где существует госфинансирование фильмов через Министерство культуры и Фонд кино, в Китае практически нет прямых государственных субсидий на кинопроизводство – основные деньги вкладывают частные кинокомпании и инвесторы. Государство же осуществляет строгое регулирование: для выхода в прокат фильм должен получить одобрение органов контроля (китайского регулятора). Процесс получения любого из целого списка необходимых разрешений – от утверждения сценария до прокатного сертификата картины – может занимать не меньше полугода. Иностранным партнерам важно учесть эти сроки: быстрый выход на китайский рынок невозможен чисто бюрократически, согласования требуют времени. Да и деловая практика иная - переговоры длятся по несколько часов с перерывом на обед и несколько дней. Никто никуда не торопится, а медленно и упрямо отстаивает свои интересы и считает риски.

Вместо прямых инвестиций в конкретные фильмы власти Китая направляют усилия на развитие инфраструктуры и кинопроката. За последние годы в стране был построен колоссальный парк современных кинотеатров – особенно в малых городах. После пандемии COVID-19, несмотря на закрытие порядка 6000 экранов (для сравнения, это примерно все экраны, имеющиеся сегодня в России), общее число действующих киноэкранов в Китае осталось около 68 тысяч, и уже к лету 2025 года их количество превысило отметку в 91 000 экранов. Такой дисбаланс демонстрирует огромный размах китайского кинорынка: сеть кинотеатров в Китае в десятки раз превышает российскую. Китайский зритель привык смотреть фильмы в новых многозальных киноцентрах, которые продолжают открываться благодаря государственной поддержке строительства кинозалов. В то же время производство контента предоставлено частному бизнесу, который конкурирует за расположение аудитории и одобрение властей.

фото Игорь Гринякин

Ещё одно отличие – особенности дистрибьюции и проката. Если у нас в России действует система минимальных гарантий, когда кинотеатры платят минимальную оговоренную сумму прокатчикам/дистрибьюторам, чтобы получить фильм, то в Китае ситуация ровно противоположная. Чтобы фильм попал на экраны, дистрибьютор/производитель сам платит каждой сети кинотеатров т.н. «входную плату», своего рода гарантийный взнос за место в расписании сеансов. Фактически, прокатчик выкупает себе экранное время. Это кардинально меняет экономику проката – особенно для иностранных фильмов, которым приходится конкурировать за сеансы с китайскими блокбастерами. Если фильм не собирает зрителей, кинотеатры оперативно снимают его с сеансов: система автоматизации продажи билетов устроена так, что если на конкретный сеанс не продано ни одного билета, этот показ автоматически отменяется в расписании далее. Такой подход заставляет продюсеров заранее подстраховываться – известна практика, когда представители фильма сами выкупают хотя бы два билета на каждый сеанс, чтобы не допустить отметки о нулевом зрителе и сохраниться в афише хотя бы формально. Да, и еще об особенностях маркетинга. Продюсер обязан инвестировать значительную сумму в рекламную кампанию в Китае – как правило, не менее $1 млн на продвижение, причём деньги эти нужно тратить через китайские маркетинговые компании. И эти траты нужно подтверждать.

Наконец, специфический бизнес-климат: китайская киноиндустрия во многом строится на длительных партнёрских отношениях. Вхождение на этот рынок требует времени и терпения. Один российский продюсер метко заметил: если хотите быстро заработать – нечего соваться в тысячелетний Китай. Здесь всё строится на доверии и долгосрочных связях, которые иностранцу предстоит выстраивать годами. К этому надо быть готовым – моментальной отдачи не будет, но перспективы огромны для тех, кто сумеет адаптироваться.

Наличие этих факторов означает, что вход на китайский рынок требует серьёзных ресурсов, тщательного планирования и локальной экспертизы. Тем не менее, наградой могут стать кассовые сборы, измеряющиеся десятками миллионов долларов, и аудитория, сравнимая по масштабам с населением целых стран. Главное – понимать правила игры. Китайский кинематограф развивается по своим законам: опираясь на гигантский внутренний рынок, соблюдая культурные ограничения и ставя во главу угла долгосрочное партнёрство. Для российских кинематографистов опыт на фестивале в Чунцине стал окном в этот особый мир – мир, где любые достижения требуют упорства, уважения к местным особенностям и готовности учиться новому.

Артем Князев и Елена Подкорытова специально для портала “Первое Кино”.

P.S. В следующей публикации, как и обещали, будет немного личных впечатлений от Евгения Григорьева и памятка для кинематографистов, которые собрались работать в Китае.