+7 (495) 120 2733
КУЛЬТУРНАЯ НАВИГАЦИЯ
30.11.2019

Документалистам о документальном театре (отправная точка)

Факт, который по прежнему иногда изумляет кинодокументалистов: фиксацией реальности занимается сегодня и театр. Более того — в первые десятилетия XXI века он стал важным культурным явлением — на подмостках всего мира идут документальные спектакли, а спектакли в технике «вербатим» (состоящие из реальных ситуаций и монологов, зафиксированных драматургами) иногда становятся настолько общественно значимыми, что театрам приходится отстаивать свое право на высказывание, сопротивляясь самоуправству радикалов или произволу властей.
Документалистам о документальном театре (отправная точка)

При этом документальный театр и документальное кино — почти ровесники. Первые эксперименты в этом направлении происходили в 20-х годах XX века, в Германии и России, в том числе, на плодородной почве русского авангарда.

С удушением русского авангарда к тридцатым годам у нас осталась разрешенная кинодокументалистика, а документальный театр существовать прекратил. В Европе и Америке традиция развивалась — эмигрировавший из Германии Эрвин Пискатор заложил фундамент театрального нон-фикшна в Британии и США, и он же, вернувшись после войны дал начало мощному движению документального осмысления ужасов войны, нацизма и Холокоста на театральных подмостках Германии.

Российское искусство, уверенно и весомо вернулось в традицию относительно недавно, на рубеже веков. Появились сильные теоретики и драматурги, такие как Елена Гремина, Михаил Угаров, Михаил Дурненков и Александр Родионов. Они сделали русский документальный театр важным явлением и отечественной, и международной сцены. Театр включился, как это и было когда-то во времена авангарда, в обсуждение социальной и политической повестки, в осмысление угроз гражданскому обществу и его задач.

Мария_Крупник.jpg

Кинодокументалисты, смотревшие на документальный театр несколько свысока, в последнее время все больше интересуются его наработками и обращается к его опыту в сфере «отложенного» изображения факта. Кроме того, в период бурного развития аудио-визуальных технологий, появления различных решений «смешанной» реальности как в кино так и в театре — возникла возможность и платформа для сближения двух видов документального искусства. Мы решили собрать в одном материале ряд концепций и ссылок, создать «отправную точку» для тех, кто решит исследовать эту тему подробнее. Помогла нам в этом, коротко рассказала основы и поделилась ссылками, Мария Крупник — театральный менеджер, преподаватель «Шанинки» по специальности «менеджмент культуры» и куратор образовательной программы фестиваля драматургии «Любимовка». Приводим выдержки из ее интервью о документальном театре. 

Теоретики спорят является ли документальный театр и документальное кино смежными областями искусства или они совершенно разные по своей природе. Это очень обширная тема, её хватит на диссертацию и, наверное, не одну. Есть масса ресурсов, где можно почитать статьи и постараться сделать выводы самому.

Если все-таки вернуться к определению, то мы читаем: «документальный театр — это представленный на сцене текст, не предназначенный изначально для сцены и не сочиненный драматургом» (статья «История факта» // Ж. Театр №2, 2011).

Способов работы с документальным фактом и текстом, как и типов и видов документальных текстов – огромное множество. Театр.doc в свое время составил собственный манифест, чтобы определить свой метод работы, который можно найти в статье Ильмиры Болотян «Док» и «Догма»: теория и практика // ж. Театр №19, 2015

Verbatim как способ сбора и работы с документальным материалом (интервьюирование) всего лишь один из таких методов.

Документальный театр как явление культуры, как рефлексивное искусство существует с 1920х годов, переживает за рубежом и у нас разные периоды развития, большей и меньшей популярности.

Считается, что первый документальный спектакль «Несмотря ни на что» поставил Эрвин Пискатор в 1925 г. в Германии. Это была, фактически, театральная адаптация партийных собраний во время революции, «первая постановка, единственную текстуальную и сценическую основу которой составляет документ». Хотя в это же время у нас существовал, например, рабочий театр Синяя блуза с его «театром-газетой» времен Гражданской войны. Как бы то ни было, история документального театра начинается в 20-е гг. ХХ века одновременно в СССР и в Германии — странах, переживших самые сильные социальные потрясения, связанные с Первой мировой и ее последствиями.

Если говорить о процессах, проходящих в нашей стране, то часто упоминают опыты Станиславского, ходившего на Хитров рынок, в поиске типажей в процессе работы над пьесой Горького «На дне», то есть с одной стороны актеры собирали документальный материал, снимали речь, повадки, облик, поведенческие и физические характеристики для создания сценических образов спектакля. Можно ли это назвать документальным театром? Скорее всего нет, так как произносится созданный драматургом текст.

Параллельно существует «Литература Факта» (Третьяков, Эйзенштейн, Вертов, Мейерхольд и т.д.), где используются документальные тексты, газетные тексты, но только как часть авторских текстов.

Далее традиция надолго прерывается из-за различных идеологических кампаний и определения правильного советского искусства.

В конце 1990-х начале 2000-х появляется новая волна интереса к документальному, через семинары специалистов театра Royal Court (Лондон), знакомство с технологией Verbatim, технологий сбора интервью, фиксации речевых, физических и смысловых характеристик героя.

Позже в театральную практику проникают различные методы из современного искусства такие как «реинэктмент»  (воспроизведение в документальной подробности реальных событий), делегированный перформанс и работа с носителями историй и свидетелями (практики Rimini Protocol и свидетельского театра).

Документальный театр – это постоянный поиск в поле искусства, этического и эстетического, формы, социального и политического контекстов.

Одни ли законы драматургии на всех - или разные для кино и театра? Может быть режиссеры и драматурги, работающие именно в этих сферах, ответят на этот вопрос иначе чем я. Мне как продюсеру, кажется, что законы драматургии одни, но инструменты и методы театра и кино немного разные, хоть и близкие, схожие. Концептуально это часто сообщающиеся сосуды, как минимум в поиске оптики и понимания реальности.

В театре есть процессуальность. Даже при работе с документальными источниками и свидетелями в процессе исследования, формирования текста для спектакля, репетиций и показа спектаклей что-то от раза к разу может меняться, уточняться, докручиваться, это живой процесс. В кино же если ты поймал и снял, то у тебя есть материал, если нет, то нет, и дальше монтаж почти ничего не спасает.

С другой стороны сбор материала, интервьюирование, путь к сути героя требует времени, терпения, такта или наоборот рассчитанной провокации. И здесь много сходного и в кино и в драматургии. Как говорят опытные практики, «надо дать герою сыграть все свои заготовленные пластинки», сделать так, чтобы вас подпустили ближе. Есть даже такое понятие у режиссера-документалиста Марины Разбежкиной – «зона змеи» - «расстояние безопасности», которое может постепенно по мере роста доверия между героем и художником уменьшаться.

В прошлом году на Любимовке был мастер-класс «Автор как свидетель и участник», который провела Марина Александровна. В нем было много полезного не только для кинематографистов, но и для драматургов.

Мастер-класс Марины Разбежкиной «Автор как свидетель и участник»

Однако я, например, не могу согласиться со всем, о чём она говорит, и особенно об отношении к встреченным людям, есть в этом что-то инструментальное, утилитарное, в том чтобы воспринимать людей, как материал или как «не материал».

Возможно в этом и есть некоторая разница между режиссером документального кино и драматургом. Автор пьесы, как мне кажется, не может не любить своих героев, он ищет их мотивации, ищет оправдания их поступков. Хотя, может быть, драматурги меня поправят. Лучше бы об этом поговорить с Михаилом Дурненковым или Александром Родионовым. Они даже вместе вели семинары по работе с документальным материалом и технологии Verbatim, после проекта «Мотовилихинский рабочий» (, ж. "Искусство кино", в номере №12 от 2009 года публикует Материалы этой документальной пьесы).

Кроме того, в документальном театре все зависит от проекта, конкретной работы. Бывает конечно и режиссерская идея, на которую работает драматург, однако, в последние несколько лет, драматург часто равноправно работает с режиссером, хореографом, композитором – это горизонтальные связи, общение и обсуждение идей, сотрудничество из которого рождается спектакль.

Например, режиссер Анастасия Патлай уже несколько лет подряд курирует Театральную лабораторию «Археология Памяти» в Сахаровском центре и приглашает в сокураторы разных специалистов: драматургов Екатерина Бондаренко и Михаила Дурненкова, художника Ксению Перетрухину, хореографа Ольгу Цветкову, куратора современного танца Анастасию Прошутинскую и др. В Театре.doc много лет существует открытый фестиваль док. проектов «Охота за реальностью», куда любой человек может заявиться, и по итогам фестиваля получить поддержку на реализацию документального проекта.

Если упростить: документальный театр - это ближе к документальному кино или мокьюментари? То есть это документальное изложение реальных событий или псевдо-документальное, преподносящее свою, самостоятельную историю.

Документальный  театр очень разный, поэтому спектр вариаций от полюса доккино (в театре: вербатим) до «мокьюментари» (например, «Зажги мой огонь» и «Отель Калифорния» Саши Дерисовой). 

Есть научный текст Елены Московкиной и Ольги Николаевой «Документальный театр: авангардный бунт или неявная коммерциализация?», опубликованный в журнале НЛО №73 за 2005 год. 

Есть прекрасный журнал Театр, где в номере №2 за 2011 есть статья «История факта» Камилы Мамадназарбековой, а №19 за 2015-й год полностью посвящен документальному театру.

Есть запись круглого стола, презентовавшего этот 19й спецномер Театра в ЭлектроТеатре Станиставский, где критик Марина Давыдова делает как раз довольно подробный ввод на эту тему, а Елена Ковальская говорит о развитии этого явления в российских реалиях.

Есть большой текст с цитатами разных серьезных специалистов и практиков о технологии Verbatim - и материал «Зачем нужен документальный театр?» на сайте Театра.doc.

Еще несколько дополнительных видео-материалов, которые также могут помочь в понимании того, что такое документальный театр:

На канале ПостНаука театровед Павел Руднев рассказывает об особенностях документального театра, роли документа и этических принципах работы с ним в материале «Этика документального театра»

На канале «Настоящее время» сохранилось интервью с директором Театра.doc Еленой Греминой «Документальный театр – это не политический контекст, это инструмент для исследования»

Есть запись мастер-класса Михаила Угарова «Документальный театр — между фикшн и нон фикшн»

Также в сети можно найти записи 6 занятий семинара «Документальный театр как исследование» драматурга Саши Денисовой